Герои
Оружие
Каратель Сидзуру (Tenchu Shizuru)
Наносит 600% урона цели и ближайшим врагам, снимает все усиления, разрушает 80% щитов и накладывает «Кару» на 1 ход. Чем больше врагов одной команды имеют одинаковый цвет, тем сильнее эффект, который бьет по цели:
Менее 4 цветов: накладывает 1 порцию случайного ослабления атаки и продлевает «Кару» до 2 ходов.
Менее 3 цветов: накладывает 3 порции случайного ослабления атаки и продлевает действие «Кары» на 4 хода.
Менее 2 цветов: накладывает 5 порций случайного ослабления атаки и продлевает действие «Кары» на 6 ходов.
Пассивный эффект: каждые 3 хода синие союзные герои получают «Всплеск» на 1 ход. В начале боя уменьшает получаемый всеми союзниками урон на 50% на 3 хода.
Случайный бонус нападения: применяет 1 случайный эффект из следующих: Атака -5%, Наносимый урон -5%, Урон слабым стихиям -5%, Шанс критического урона -5% или Критический урон -10%. Каждый эффект длится 4 хода и складывается до 5 раз.
Всплеск: Навыки можно использовать без расхода маны. После исчерпания эффекта «Всплеск» он снимает все существующие порции эффекта «Всплеск» с других союзников.
Кара: Невозможно получить щиты.
ур. 2: Урон +50%, Разбивание щита +10%
ур. 3: Урон +50%, Разбивание щита +10%
ур. 4: Урон +50%, Разбивание щита +10%
ур. 5: Урон +50%, Разбивание щита +10%
ур. 6: Урон +50%, Разбивание щита +10%
ур. 7: Урон +50%, Разбивание щита +10%
Спец. эффект при возвышении на 190 ур.
Атрибуты (ур. 200)
Пробуждение
Представление героя
Кара : Невозможно получить щиты.
Пассивный эффект: Каждые несколько ходов синие союзные герои получают «Всплеск».
История
Глава I
Он родился в деревне Теньлуна - тайном клане шиноби, служившем древнему Закону Тени. Когда он был ребенком, вражеские силы стерли деревню с лица земли, а его родители пали, защищая его. На самой грани смерти древняя кровь в его жилах, несущая проклятие затмения, вырвалась наружу, в одно мгновение поглотив нападавших. Однако за эту силу была уплачена цена. она лишила его цвета и тепла, сделав волосы белыми, словно застывший лунный свет. Проклятие наделило его сверхъестественной чуткостью и скоростью, но навсегда выжгло холод в самом его сердце.
Глава II
Мужчина, спасший его и ставший его приемным отцом передал ему наследственную маску Пожирателя Они, чтобы усмирить бушующее проклятие и отсечь человеческую слабость. От маски веяло ледяным холодом. Боль и крики мертвых наводнили его сознание, но кровавая буря наконец стихла. Она была заперта его сердце, сохранив холодную ясность разума и клеймо ненависти.
Глава III
«Раскол пустоты» - гигантский сюрикен, который приемный отец вручил ему перед самой смертью, - стал единственным теплом на его пути.
Умирая, старик открыл истину: резня была не просто актом мести. Закон Тени утратил равновесие, карма мира отяжелела, и за этим последовал неизбежный откат. Он был не только мстителем, но и оружием, избранным самим Законом. Белые волосы - чтобы чувствовать карму. Маска демона - чтобы заглушить шум. «Раскол пустоты» - чтобы привести в исполнение небесный приговор. Он поклялся сделать себя инструментом и вершить кару, истребляя искаженные законы и накопившуюся злую карму в любом обличье.
Глава IV
Он скитался по миру, словно призрак. Под луной его белые волосы ловили свет и впитывали густой запах кармы нарушителей клятв, убийц, тех, кто разрушал порядок. Его взгляд, скрывающийся за маской, был холоден, как зимний лед. Как только он отмечал цель, с тихим звоном появлялся «Раскол пустоты». «Я - орудие Закона. Твое существование нарушает порядок.
Кара... сейчас же!» Взмах меча разрывал пространство или вызывал лунный свет; движения были простыми и смертельными, без малейшей тени сомнения. Кровь окрашивала его темно-синие одежды и мгновенно исчезала, словно проглоченная ночью. Все, что оставалось - холодный приговор и остатки кармы.
Глава V
После бесчисленных приговоров в нем оставалось все меньше человечности. Его волосы становились холоднее, а маска словно слилась с плотью. «Раскол пустоты», полный кармы, сиял еще более суровым холодом. Он стал легендой, символом страха и очищения. Но проклятие не отпускало его. Каждый удар отнимал еще один осколок его сущности. Иногда рука замирала на волосах, и в пустоте маски проскальзывала тень сомнения. Если карма не имеет конца, не вечен ли его патруль? Если он сам становится лишь Законом, не потребует ли приговор и его души? Никому это не известно... Под луной он стоял на «Расколе пустоты», скользя дальше, в поисках следующей жизни, которую ему предстояло оборвать.