Сурт Рагнарёка (Ragnarok Surtr)
Навык
Наносит врагу 1560% урона за 5 уд. Каждый удар накладывает 3 порц. эффекта «Сжигание». Затем наносит 180% чистого урона врагам, у которых перед использованием навыка осталось более 50% ОЗ. (Наносит десятикратный урон противникам, не являющимся укротителями драконов.)
Пассивный эффект: когда красный союзник использует навык, Сурт Рагнарёка получает щит, равный 100% от атаки, а также повышает бонус к базовому урону на 15% и бонус к чистому урону на 8% на 5 х. (суммируется до 3 р.)
Пояснения:
• Сжигание: Каждый ход в течение 3 ходов получает чистый урон, равный 1% от максимального здоровья, накапливаясь до 20 раз.
• Чистый урон: Не зависит от усиления урона, защиты цели или эффектов уменьшения урона.
ур. 3: Урон +130%, Чистый урон +15%
ур. 4: Урон +130%, Чистый урон +15%
ур. 5: Урон +130%, Чистый урон +15%
ур. 6: Урон +130%, Чистый урон +15%
ур. 7: Урон +130%, Чистый урон +15%
Пробуждения
Знаки
Атрибуты (ур. 200)
История
Глава I
Еще до появления богов и смертных магма Муспельхейма уже дышала. Из этого первозданного пламени пробудилась Сурт — безымянная и бесформенная. Вулканы были ее вместилищем, а пламя — стражей. Она видела, как смерть Имир положила начало Девяти мирам. Тогда она поняла, что суть созидания не в вечном существовании, а в том, чтобы позволить старому уйти, когда придет срок. Когда юный Один поведал ей мечту о городе, призванном оберегать все миры, она прониклась этой мечтой. Она отдала ему вечный огонь, что стал для Асгарда солнцем, луной и звездами. Взамен Один дал безымянному пламени имя — Сурт. Это был ее первый обретенный облик, и именно из-за него последующее предательство станет еще более разрушительным.
Глава II
Суртр странствовала по Девяти мирам, веря, что порядок в Асгарде создан из ее пламени. Но затем боги провозгласили свою власть судьбой. Пророчествами клеймили преступления, которым еще только предстояло свершиться. Кровь великанов в жилах Локи порождала недоверие к нему, а дети — такие, как Ёрмунганд, — с рождения объявлялись вестниками беды. Для Сурт стремление Одина навечно сохранить мир стало противоположностью жертвы Имир — деянию, породившему мир ценой собственной гибели. Сурт вернулась в Муспельхейм и наделила своей силой честолюбцев, изгоев и обитателей подземной тьмы. Она не связывала их клятвами, но требовала, чтобы ее последователи сами отвечали за свой выбор, а не прислуживали пламени. Лишь Феликс заставил ее усомниться. Его вера в то, что девять столетий испытаний откроют путь в Вальхаллу, казалась нелепой. Но в его упорстве было истинное достоинство.
Глава III
Когда настал Рагнарёк, Сурт вступила в союз с тьмой и, возглавляя авангард, прорвалась через Биврёст. Движимая ненавистью к богам, Ёрмунганд проложила этому бедствию еще один путь в Асгард. Сурт думала, что великое пламя оставит за собой пепел, семена и выбор. Но тьма пустоты не следовала ее вере. Пустота пожирала память, время и любые возможности, стремясь погрузить все миры в единое безмолвие. Один исчерпал свои божественные силы и погрузился в сон. Тор не решался двигаться дальше после поражения. Локи же собрал выживших и попытался восстановить родной мир, который когда-то ненавидел. Взирая на руины, из которых уже никогда не пробьются новые ростки, Сурт впервые признала истину: призванная ею тьма была не ночью, что предшествует возрождению, а бездной, которой не суждено увидеть рассвет. Рагнарёк принес лишь разрушение, но не цель, ради которой она его вызвала.
Глава IV
В опустевшей Вальхалле Феликс осознал ложь, что скрывалась за его божественным предназначением. Он вернулся в Муспельхейм, движимый жаждой мести. Он умирал и возрождался из пепла, пока его клинок не коснулся горла Сурт. Тогда он отверг предначертанный судьбой финал. Он заявил, что не принадлежит ни богам, ни демонам, а пылает лишь по собственной воле. Сурт с усмешкой отпустила его, велев сжечь этот застывший мир. Однако после этого она не могла безоговорочно верить в то, что свобода приходит с полным уничтожением. Феликс показал ей иной путь. Жизнь может отринуть предназначение, не уничтожая себя, и выбирать свой путь в вечном круговороте. Она признала эту истину, но не смогла оставить Девять миров на волю судьбы. Месть превратилась в испытание: если все живые существа действительно способны к обновлению, они должны сперва одолеть Сурт — воплощение неизбежного конца.
Глава V
Когда чужаки помогли Тору преодолеть страх и вновь взять в руки молот, а Локи решил восстановить Биврёст и отыскать Одина, Сурт увидела в Асгарде надежду. Однако она также осознавала опасность того, что старый божественный порядок может вернуться под видом обновления. Она призвала из расколотых небес пламя, которое когда-то отдала. Сковав меч из обугленных ветвей Иггдрасиля и осколков Биврёста она стала Сурт, Вестницей конца. Ее клинок разил и пустоту, и чертоги богов. Сперва она решила испепелить тьму, уничтожавшую надежду на будущее, а затем — порядок, допускавший лишь единственный путь. Она поставила перед Тором, Локи, Феликсом и смертным из Антии единственное условие: если они победят ее, не прибегая к силам старых богов и не создавая новых оков, первозданное пламя станет первым рассветом новой эры. Если же они потерпят неудачу, Девять миров обратятся в пепел, что станет почвой для новых семян. В этом заключалось величайшее и опаснейшее противоречие Сурт: она ненавидела богов за то, что те вершили судьбы всех существ, но и сама стала божеством, решающим, кто достоин увидеть завтра.
