Герои
Оружие
Химерис (Himeris)
Наносит всем врагам 200% урона за 5 ударов, а затем детонирует все эффекты «Сжигание», наложенные на них. Каждая порция наносит дополнительные 50% урона, а продолжительность действия «Сжигания» на всех врагах уменьшается на 1 ход (минимум до 1 хода).
Сжигание: Получает урон, равный 1% от максимального здоровья, каждый ход в течение 3 ходов, складывается до 20 раз.
Пассивный эффект: При нанесении критического удара накладывает на цель 1 порцию «Сжигания». Может срабатывать до 5 раз за ход.
ур. 2: Урон +20%, Доп. урон +4%
ур. 3: Урон +20%, Доп. урон +4%
ур. 4: Урон +20%, Доп. урон +4%
ур. 5: Урон +20%, Доп. урон +4%
ур. 6: Урон +20%, Доп. урон +4%
ур. 7: Урон +20%, Доп. урон +4%
Пробуждение
Эффекты
Знаки
Атрибуты (ур. 200)
Представление героя
Пассивный навык Химерис накладывает на цель определенное количество порций «Сжигания» при нанесении критического удара. Ее активный навык наносит урон несколькими ударами по всем врагам и накладывает на них эффекты «Сжигания». Каждая порция «Сжигания» наносит дополнительный урон и сокращает время действия всех «Сжиганий» (с минимальной продолжительностью в 1 ход).
«Сжигание»: Каждый ход получает урон, основанный на процентах от максимального здоровья, действует определенное количество ходов.
История
Глава I
Химерис появилась из хаотичных глубин, где трещины Бездны сливаются с миром смертных. Она не истинное дитя Бездны и не дух природы, а скорее случайная искра, рожденная столкновением древнего проклятия с нестабильной магией. Ее широкие крылья разрывают тьму, перья на их краях переливаются мрачной смесью малинового и бирюзового. Каждый их взмах наполняет воздух жаром, тревожащим душу. С самого рождения она знала, как задеть ту самую струну желания в сердце любого существа - ее голос звучал как медовый шепот с ядовитой ноткой, а один лишь взгляд мог сломить даже самую непоколебимую волю.
Глава II
Она презирает бледные, бесплодные души, как мотылек стремится к яркому пламени. Для нее обыденный мир - всего лишь груда сухих веток, ждущая искры желания. Ей не приходится использовать ловушки - она сама и есть искушение, воплощенное в плоти. Когда Химерис приближается, самые глубинные, невыразимые желания поднимаются без предупреждения и принимают форму, будто вытянутые невидимыми руками из тьмы на резкий дневной свет. Кто-то видит пылающие золотые горы, кто-то слышит, как плач потерянных возлюбленных в ветре, а кого-то ослепляют видения абсолютной власти. Она лишь наблюдает - то с легким смешком, то поддувая пламя, - как души корчатся и извиваются в жаровне собственной жажды.
Глава III
В ее пальцах покачивается клетка в форме сердца, пульсирующая в такт ее воле. Каркас из витого темного металла исписан неизвестными рунами. Внутри пылает пламя - яркое, вечно меняющееся, неугасимое. Это пламя желания, выкованное из сгоревших и разрушенных мечтаний. Химерис играет с ним, лаская, как любовника, или позволяя ему раскачиваться с пугающим спокойствием. По ее прихоти оно вспыхивает, отбрасывая свет, столь соблазнительный, что даже мудрецы падают, сгорая от фантазий собственной души.
Глава IV
Для Химерис грань между добром и злом так же размыта, как воздух, искаженный жаром. Она следует своим прихотям, разбрасывая искры в бурю и выбирая, что воспламенить или уничтожить, руководствуясь исключительно тем, что ей кажется забавным в данный момент. Набожный святой может впасть в давно затаенную ярость одним лишь движением ее воли, а заядлый злодей - на мгновение увидеть искупление под ее мимолетной милостью. Она не стремится разрушить порядок. Вместо этого она словно ребенок, играющий в лаборатории человечества, разбрызгивает желания, как краски, и оценивает лишь то, возбуждает ли взлет или падение души пламя в ее пустом взгляде.
Глава V
В последнее время Химерис устала от низменной жадности и - желаний, которые слишком легко прочесть. Ее взгляд переключился на нечто более тонкое и опасное: чистую любовь. Она размышляет, если бросить пламя, называемое любовью, в топку желаний, будет ли оно гореть ярче... или превратится во что-то еще более захватывающее? Она легко приземляется на ветвь мертвого дерева, складывая малиновые и бирюзовые крылья, словно хищник, готовый наброситься на свою следующую любопытную добычу. Слабая, неуловимая улыбка играет на ее губах. В ее руке клетка в форме сердца пульсирует сильнее, чем когда-либо.